«Подарки» Гитлеру

Василий Решетников бомбил Берлин и Кёнигсберг ещё в 1942-м. Во время войны совершил 307 боевых вылетов. Трижды выпрыгивал с парашютом из разбитой машины. Ему 101 год, живёт в Москве

Юлия ЯГНЕШКО

«Василий Решетников - Герой Советского Союза, генерал-полковник, Заслуженный военный лётчик СССР, - представляет Татьяна Курдай, заместитель директора Православной гимназии Калининграда. - Единственный сегодня из тех, кто в 1942-м бомбил Берлин. Мы познакомились с ним, когда готовили с ребятами исследовательский проект о дальней авиации. Так и сказали, когда ветеран поднял трубку телефона: «Вас беспокоит бывший Кёнигсберг!»

«Василий Васильевич - москвич, в декабре 2020 года ему исполнился 101 год, и я рад, что дважды удалось поговорить с ним,- говорит семиклассник Кирилл Колисниченко, автор проекта. - Во время войны он совершил 307 боевых вылетов. Трижды выпрыгивал с парашютом из разбитой машины. Его самолёт шёл на большой высоте, температура в кабине понижалась до минус 40. А операции были так засекречены, что бывало, по нашим самолётам стреляли и свои».

Знай наших

Василий Решетников из необычной семьи: прадед - художник, дед — иконописец. (Во всех церквах, где он работал, в облике Божьей Матери прихожане узнавали Васину бабушку, Полину Ивановну.)

А дядю, Фёдора Решетникова, автора знаменитой картины «Опять двойка», знал весь Советский Союз.

Сам же Василий Васильевич командовал Дальней авиацией страны, занимал пост замглавнокомандующего ВВС СССР.

Но это было в 1980-х. А началось всё с учёбы в Ворошиловградской лётной школе, с работы инструктором, когда он переучивал на авиаторов танкистов, пехотинцев и кавалеристов.

Потом - полёты на большой высоте в облаках, и слепые - по приборам, и ночные, и в плотной группе.

В такой группе, под командой комэска Казьмина, Васе довелось пройтись над Воронежем в 1940-м, в воздушном параде на годовщину Октября.

«Над городом неслись тучи, ветер бросал машины с крыла на крыло, разрывая строй, - пишет Решетников в своей автобиографической книге. - Я вращал баранку штурвала изо всех сил, чтобы удержаться на своём месте и не опозориться над трибунами. В итоге длинная бесформенная кишка просвистела кое-как над городской площадью...»

Командующий ВВС Орловского военного округа, потрясая фотографиями, устроил жаркий разбор полёта. И только к «орлам» Казьмина претензий нет — прошли ровно, с точными интервалами.

«Вставай, война...»

В июне 1941-го лётчики находились на учениях, в лагерях. В субботу их отпустили в увольнительную. Тёзка по фамилии Скалдин взял Васю в гости к своей девушке на день рождения.

8-08.jpg

И вот фокстрот из патефона, смех, теснота за столом от гостей. И вдруг хозяйка квартиры, мама именинницы, как крикнет:

- Горько!

Галочка поднялась. Приподнялся сидевший рядом Скалдин. Они поцеловались, и именины превратились в свадьбу.

Решетников оторопел.

«Всё в порядке, - шепнул друг, - «экспромт» был подготовлен».

Восвояси Василий отправился уже один.

А утром его разбудили:

- Вставай, Василь. Война!

Лётчики забросали начальство рапортами: хотим на фронт! Но командир отрезал: «Наше дело готовить для фронта экипажи».

И всё же через неделю эскадрилью сформировали и отправили.

Через месяц её не стало: в первые дни войны лётчиков бросали на дальние цели в ясную погоду, без прикрытия, в небо, кишащее немецкими истребителями…

В боевые потери

Летом 1942-го через всю страну в Рязань летел необычный самолёт, собирая по пути пилотов, штурманов, радистов и стрелков. Так формировали особый полк - ночной дальнебомбардировочный.

Одним из пассажиров оказался и 22-летний Вася Решетников, младший лейтенант, командир звена.

Первое боевое задание: уничтожить скопление техники и эшелонов в Вязьме. И бомбы он сбрасывал почти с удовольствием. Как же хорошо горел фашист!

Самолёты трудились бесперебойно, а ещё ходили в разведку аж до Варшавы и Кёнигсберга. Час-
то возвращались с пробоинами, с ранеными и убитыми в экипажах. Иногда пропадали совсем.

Из Серпухова, где базировался полк, ежедневно отправлялись бомбить врага то под Ленинград, то в Крым, а то и в Восточную Пруссию.

Над ночной Оршей, где поручено было разбить аэродром и железнодорожный узел, вырос лес из лучей прожекторов, а среди рвавшихся зенитных снарядов не было и просвета.

И вдруг тишина. Это значит…

- Воздух! - закричал Василий, а над «Илом» уже нависла туша «мессера».

Стрелки обменялись очередями.

8-05.jpg

Тра-та-та-та-та!

Приборная доска «Ила» вдребезги. Самолёт перестал слушаться. Но зато немец уже горит на земле! Хорошо!

Плохо, что стонет штурман Вася Земсков… Ранен в спину, ни рукой ни ногой не двинуть.

- Бери курс восемьдесят, - направляет командира по памяти домой.

Тянуть до линии фронта полтора часа. Самолёт подбит, сил удерживать штурвал уже нет и Вася упёрся в баранку коленом.

Отказал правый мотор. Сбавили скорость, пошли на снижение. Но затих и второй… Решетников поддал бензина. Мотор прочихался, потащил тяжёлую машину дальше.

«Хоть бы пальнул кто», - подумал Василий, пытаясь определить, где линия фронта, на своей ли они территории.

Машину потащило вниз. Приказав ребятам прыгать, он повёл самолёт на снежное поле, которое, к счастью, разглядел в ночи.

Посадка жёсткая, но сели. Командир подбежал к Земскову. Что делать? Тащить в лес?

- Пристрели, - попросил тот. - А сам уходи.

Решетников отобрал у штурмана пистолет. Мало ли. И тут показалась фигура в длинной шинели.

- Стой! Кто такой?! - гаркнул Вася в темноту.

- Красноармеец я…

Свои!..

Раненого передали медикам, но через несколько часов старший лейтенант Василий Петрович Земсков скончался.

Остальные члены экипажа благополучно добрались в расположение, где их уже записали в боевые потери.

Цели накрыты!

Годовщину нападения на СССР Сталин намеревался отметить «подарком» для фашистов — бомбёжками Берлина.

8-03.jpg

Но в июне ночи коротки и светлы, не прикрыться лётчикам темнотой, будут большие потери. Поэтому «поздравление» перенесли на август.

В июле совершили несколько вылетов на Кёнигсберг.

В ночь с 18 на 19 июля пять советских самолётов, несмотря на отчаянный обстрел немецких зениток и с суши и с кораблей, подорвали завод и сбросили на город 240 тысяч листовок.

Что цели накрыты, определяли по пожарам. Настроение портилось, если их не было. Значит, ничего существенного не задели.

А вот в следующий раз Решетникову не повезло: попали в страшную грозу, машина разрушилась в воздухе над Псковской областью, занятой немцами, пришлось прыгать.

Он падал спиной, потом головой вниз, когда открывать парашют нельзя. Улучив момент, рванул кольцо.

Удачно упал в болото, войдя в него до самых лопаток. Было бы поле — всё. «Земля - не тётка», - говорили лётчики. Уж примет, так примет…

Двинулся в лес.

Снова повезло. Быстро наткнулся на деревню, сменял у старика добротный меховой комбинезон на обноски и пошёл на восток. А вскоре встретился с советскими разведчиками, которые и вывели его к своим.

И снова пошёл за вещами в каптёрку, куда их снесли, зачислив пилота в без вести пропавшие.

На Берлин

8-01.jpg

Довелось Решетникову бомбить фашистов в Варшаве, Щецине, Данциге (Гданьск). Собирался и в Будапешт, но прямо на старте поступила команда:

- Вам на Берлин!

Полдороги купались в грозах, тряслись в болтанке и шли наощупь, пробрались через прожектора и зенитки. Сброс! Резкая вспышка и яркий всплеск пламени. Бомбы легли на станционные сооружения.

Боевых вылетов становилось всё меньше. Коллеги из «близкой» авиации справлялись сами.

Последний боевой вылет подполковник Решетников совершил 16 апреля 1945 года, тоже на Берлин.

И к 9 мая дальники уже почти привыкли к тишине. И тут ночью началась пальба. Ребята схватились за пистолеты, приготовились драться с заплутавшей группой фрицев, но всё объяснил исступлённый крик за окном:

- Побед-а-а-а!

Полк построился, выслушал поздравления командира корпуса и трижды салютовал.


Комент