Путь солдата

Михаил Попов прошёл всю войну, участвовал практически во всех крупных сражениях -
от обороны Москвы до взятия Берлина. Но потом, в мирной своей жизни, вспоминал чаще всего Восточную Пруссию. Так тяжело давался здесь каждый метр земли

53-_23.jpg

О своём отце, Михаиле Абрамовиче Попове, написал в редакцию «Гражданина» его сын Александр, который живёт в далёком от нас Новосибирске.

«В лет семь я в первый раз попросил отца рассказать что-нибудь о войне. До этого разговоров в семье на эту тему не начинали, - пишет Александр. - И тогда отец положил на стол маленький листок бумаги с изображённой на нём картой Восточной Пруссии, взял карандаш и стал показывать маршрут, которым шла его дивизия.

Звучали странные моему уху названия городов: Гумбиннен, Инстербург, Фридланд, Прейсиш-Эйлау, Цинтен.

На каждом населённом пункте карандаш в руке отца останавливался и на несколько минут рассказ прерывался. Тогда я не знал истинных причин этих пауз. Их значение я понял позже. Солдату, испытавшему на себе многодневные бомбёжки под Калугой летом 1942 года, побывавшему в окружении под Харьковом весной 1943 года, участвовавшему в форсировании Днепра, прошедшему с боями Украину, Белоруссию, Польшу, Чехословакию и Германию, штурмовавшему Берлин, в Восточной Пруссии пришлось пережить такое, что оставило на всю жизнь глубокую незаживающую рану.

«Вот здесь, - говорил отец, - мы с трудом прорвали оборону, здесь пришлось нам очень тяжело, а здесь ещё тяжелее, вот тут нас нещадно бомбили немецкие самолёты, а тут мы отражали встречную атаку танков. Сколько наших ребят тогда полегло!»

В сентябре 1944 года измотанных непрерывными боями в Белоруссии и на территории Польши бойцов 20-го Брестского стрелкового корпуса отвели на переформирование. Как только пополнили запасы, огласили приказ - наступать на Гумбиннен.

Таких мощных укреплений, да ещё в таком огромном количестве, по рассказам отца, он ранее нигде не видел. Взяв один, казалось, непреодолимый рубеж, приходилось прорываться ко второму, третьему…

Каждый метр земли Восточной Пруссии пропитывался кровью наших солдат. Пополнение прибывало регулярно. Но очень скоро число полков вновь и вновь сокращалось до 250-300 человек вместо 2000 на момент доукомплектования.

Страшная битва разразилась под Гумбинненом в конце сентября 1944 года. Немцы стремились всеми силами не допустить продвижение Красной армии к Кёнигсбергу. Они перебросили сюда дополнительные резервы, в том числе парашютно-танковую дивизию люфтваффе «Герман Геринг». (Да, именно так — парашютно-танковую. Была такая.) «Герман Геринг» формировался на добровольных началах. Претенденты проходили суровый отбор: арийское происхождение, 18-25 лет, рост не менее 168 см, преданность Гитлеру, кроме того, они не должны состоять в браке и не должны иметь приводов в полицию. Не удивительно, что воевали такие парни люто - по количеству кавалеров Рыцарского Креста Железного Креста «Герман Геринг» входил в пятёрку лидеров среди наземных вооружённых сил Третьего рейха.

Более 50 танков и бронетранспортёров с десантом атаковали в сентябре пехоту 20-го Брестского стрелкового корпуса, а точнее, участок 143–го гв. стрелкового полка 48-й гвардейской стрелковой дивизии.

«Перед тобой не одна, а десятки целей, - вспоминал отец, который был наводчиком орудия. - При этом фашистские танки с полным боекомплектом, а твоя пушка и пехота на открытой позиции и снарядов-то чуть-чуть. Но наша стрелковая рота не оставила своих рубежей, и 12 часов мы бились в окружении, пока не восстановили положение».

53-_21.jpg

Отец говорил, что было страшно, да так, что хотелось кричать от ужаса. Но невзирая на вражеский обстрел, на падающие сверху бомбы, он, быстро вращая поворотный и подъёмный механизмы пушки, поймал поймал в перекрестие панорамы первый фашистский танк. Нажал на спусковой рычаг и - танк загорелся! После мгновенной перезарядки отец метким выстрелом уничтожил второй танк. И вот на его расчёт несётся третий «тигр». Хорошо, если бы он подставил свой бок. Силуэт «тигра» занял практически весь экран панорамы, что означает - он совсем рядом. И отец выстрелил. Попал!

Вообще на практике в ближнем бою можно было сделать всего 3-4 выстрела, поэтому так важно подбить танк. Если же не получалось, то фашисты прицельно накрывали артиллерийскую позицию из своих 88-мм танковых орудий.

Когда впереди отцовского расчёта горело уже несколько подбитых им танков, в том числе три «тигра», вражеские снаряды стали рваться рядом с орудием. От дыма и разлетающихся во все стороны масс земли стало темно. И вот взрывной волной пушку подбросило в воздух и она опрокинулась. Артиллеристов разбросало по сторонам, отца контузило. Как оказался он в ямке вместе с несколькими ранеными бойцами, он так и не понял.

Очнулся и увидел, как фашистский танк въехал на позицию его орудийного расчёта и, крутясь волчком на одном месте, давил нашу пушку, зарываясь всё глубже в землю. С каждым мгновением расстояние от ямки, где залегли бойцы, до гусениц многотонной громадины неумолимо сокращалось. Становилось трудно дышать, казалось, вот-вот всё будет кончено. Но, видимо, решив, что передавил всех, «тигр» двинулся дальше...

Армейская газета за октябрь 1944 года писала: «Боец, будь таким же бесстрашным и стойким, как Иван Анфилов, Михаил Живицкий, Николай Рогуля и Михаил Попов. Этого требует от тебя Родина и Верховный Главнокомандующий товарищ Сталин. Чем больше уничтожишь вражеских танков, тем быстрее придёт час окончательной победы над гитлеровскими захватчиками».

Многие артиллеристы 143–го гвардейского полка погибли в тот день на своих позициях вместе с орудиями. Это был последний подвиг простых советских ребят.

Отец, Михаил Попов, чудом тогда остался жив, и в свои 20 лет получил орден Отечественной войны I степени.

В боях под Прейсиш-Эйлау его в очередной раз ранило. Когда он находился в полевом госпитале, туда же привезли смертельно раненого командующего 3-м Белорусским фронтом Ивана Даниловича Черняховского. Он был ещё жив и, когда приходил в себя, всё повторял: «Умираю, умираю».

Война не щадила никого — ни солдат, ни генералов.

Михаил Абрамович Попов родился в селе Лобино Краснозёрского района Новосибирской области 10 ноября 1923 года. В июне 1941 года закончил школу. Был наводчиком 45-мм противотанкового орудия, а затем 76-мм пушки ЗИС-3.
С боями прошёл от Москвы до Берлина.

На его счету большое количество подбитой вражеской бронетехники.

Награждён орденами Славы, Великой Отечественной войны I степени, медалями «За отвагу», «За взятие Кёнигсберга», «За взятие Берлина», «За освобождение Праги».

Вернувшись с войны (в 1947-м году), Михаил Абрамович Попов посвятил себя учительской работе.


Комент