Изобильное и Сосновка: и душа и память

Есть в нашей области одно волшебное место, после посещения которого, душа наполняется необыкновенной радостью. Это уютный монастырский комплекс, что в посёлке Изобильное Полесского района. В местном пруду живописно отражается храм, есть здесь ухоженный парк, красивые постройки — идеальное место для отдыха и неспешных размышлений.

А потом мы поедем ещё в одну точку...

Галина ЛОГАЧЁВА, фото автора

Монастырь иконы Божией Матери «Державная» - один из двух действующих женских монастырей в сельской местности Калининградской области. До войны здесь располагалась господская усадьба Даймехёх и при ней имелось небольшое поселение.

В хозяйском доме, построенном в конце XIX века, теперь живут монахини, здесь же, на первом этаже, они принимают гостей и паломников.

58_08.jpg

Мать Даниила говорит, что при монастыре шесть сестёр. В основном все местные: из Зеленоградска, Светлогорска, одна только с Урала.

Мы рассматриваем ухоженную, утопающую в цветах территорию монастыря. Через горбатенький мостик, перекинутый через пруд, выходим к храму иконы Божией Матери «Державная», который красиво отражается в чистой воде.

Для желающих посетить храм установлено дежурство сестёр, у его входа на бумажке написаны их телефоны. Позвонив дежурной, можно в любое время попасть в церковь.

Мать Таисия, открывающая нам двери храма, говорит, что приход приписан к калининградской Свято-Никольской женской обители и что первые насельницы появились здесь в 1990 году.

Церковь, освящённая 15 марта 2006 года, построена в честь Богородицы, а потому над её входами мы видим сценки из Библии, связанные с Богоматерью. Одно полотно посвящено истории возвещения Деве Марии архангелом Гавриилом о рождении от неё Иисуса Христа. Другое изображает сцену введения Царицы Небесной во храм.

По словам трудницы по имени Елена, выполнены полотна в древней технике энкаустики, где связующим веществом расплавленных красок является воск.

И служба и дружба

(О том, почему здесь все ладят,а собака по кличке Боня любит есть хлеб)

Атмосфера добра и духовности царит на всей территории монастырского комплекса, это мы почувствовали, как только вступили на землю общины.

58_07.jpg

Даже животные ощущают её. И собаки и кошки, не опасаясь, подходят знакомиться с гостями, причём, ластятся друг к другу.

- Здесь все дружат — так положено. Потому что место святое, - улыбается трудник Сергей, который уже 18 лет помогает ухаживать за территорией комплекса и присматривает за хозяйством. А хозяйство здесь большое. Коровы, овцы, козы, куры.

Я с удивлением замечаю, с каким аппетитом собака по кличке Боня ест простой хлеб — белый и чёрный.

- Боня любит хлеб, который мать Даниила печёт, - поясняет мне одна из сестёр. - Он ведь без добавок и без дрожжей.

Мы входим в домовую церковь монастыря, и нас уже с порога приветливо встречают. Хотя о встрече мы предварительно не договаривались.

Сажают за стол, угощают свежезаваренным иван-чаем, печеньем, вишнёвым вареньем, мёдом. Как мне говорят, мёд свой, освящённый. Впрочем, здесь большинство продуктов собственного производства. Тот же иван-чай или как его ещё называют кипрей, заготавливали монахини, каждый листочек закручивали вручную в трубочку и так сушили.

Сёстры, узнав, что я из газеты, просят опубликовать телефоны матушки Софии (8-911-850-1907) и матери Таисии (8-911-481-9950), к которым можно обращаться на темы паломничества, крещения, проведения исповеди и вообще по любым вопросам.

Кстати, можно даже собраться группой, предварительно позвонить и приехать в монастырь, пообщаться с сёстрами, побыть наедине с природой — такая поездка навсегда останется в памяти.

Не сняли с петли

(О том, как чтят памятьразведчика и почему его товарищи не похоронили его тело, найденное повешенным на дереве)

Однако мы покидаем гостеприимный монастырь, чтобы посетить ещё одну святыню, которая также находится в Полесском районе.

Это памятник Иосифу Ивановичу Зварике, разведчику группы «Джек», что в четырёх километрах от посёлка Сосновка по трассе Полесск — Залесье.

Находим памятник достаточно просто — он с краю шоссе (если ехать со стороны Сосновки) и хорошо виден с дороги. Останавливаемся.

Памятник ухожен, здесь высажены цветы (почему-то кажется, что энтузиастами).

Мини-мемориал представляет собой щит и меч, пронзивший немецкую солдатскую каску, и пятиконечную звезду. На щите надпись «В этом районе 10 сентября 1944 года, защищая своих товарищей, погиб член разведгруппы «Джек» Зварика Иосиф Иванович».

Территория в центре памятника вымощена булыжным камнем, с трёх сторон обнесена металлической оградой.

За памятником видим грунтовые дорожки, ведущие вглубь леса. Двигаясь по одной из них, выходим к деревянным скамьям и такому же самодельному столу. Видно, что кто-то иногда собирается здесь, чтобы почтить память разведчика. Наверное, это поисковики.

Лес разделён аккуратными дренажными канавами. Несомненно, ещё немецкими. Вот у одной из таких канав и натолкнулись ребята-разведчики 11 сентября 1944 года на повешенное на дереве вверх ногами тело своего товарища Иосифа под псевдонимом «Морж»…

… И, страдая, ушли, так и оставив его в петле.

А если бы погребли, то тем самым выдали бы себя и погибли все. Не выполнив приказа. А это страшнее смерти…

Первая потеря

(О заброшенной в тыл противника специальной диверсионно-разведывательной группе «Джек» и о гибели её командира)

О точных обстоятельствах гибели 29-летнего белорусского разведчика и партизана Иосифа Зварики ничего не известно. Понятно только, что судьба его трагична. Как, впрочем, и большинства его товарищей.

Легендарная группа «Джек» начала свой боевой путь на территории Восточной Пруссии 27 июля 1944 года. В час ночи восемь разведчиков специальной диверсионно-разведывательной группы десантировали с самолёта чуть южнее посёлка Ляукнен (ныне – Громово Славского района). Молодым людям предстояло действовать в тылу немцев по заданию командования 3-го (диверсионного) отдела Разведывательного управления 3-го Белорусского фронта.

Первые двое суток всё складывалось хорошо. Группа под началом своего командира Павла Крылатых (это и есть прославленный «Джек»), к тому времени уже очень опытного 26-летнего разведчика, выявила места интенсивной переброски к фронту свежих резервов немцев по неизвестным советскому командованию шоссейным дорогам. Информацию сумели оперативно передать в управление.

Однако ночью с 29 на 30 июля при переходе на правый берег реки Парве (ныне – Луговая) по мосту у деревни Вильгельмхайде (ныне – территория Гастелловской сельской администрации), разведчики попали под огонь охраны не нанесённого на советские карты концлагеря Хохенбрух. Командира отряда убили.

Тело Павла Крылатых Иосиф Зварика вместе с товарищами отнёс в лес и прикрыл ветками. Но началась облава. Ребята успели только снять с командира автомат, компас, часы и полевую сумку с картами. На погребение уже не было времени.

«Морж» убит

(О второй потере джековцев)

Вместо погибшего Павла Крылатых возглавил группу «Джек» 23-летний Николай Шпаков («Ёж»).

Под его началом отважные юные разведчики обнаруживали секретные укрепрайоны врага, прекрасно оборудованные. А однажды, захватив «языка», узнали о секретном военном районе «Ильменхорст» в Инстербурге и засекреченном аэродроме. Координаты этих точек передали в разведывательное управление 3-го Белорусского фронта.

Но в ночь с 10 на 11 сентября произошла ещё одна трагедия.

Группа попала в засаду у Аугстагиррена (сейчас это посёлок Сосновка Полесского района). И 11 сентября от джековцев в Центр пришла радиотелеграмма: «Ночью до полка пехоты окружило лес. Весь день шла облава. Вдоль железной дороги и шоссе залегли цепи автоматчиков. Прорваться через кольцо не удалось. Группа по моему приказу рассеялась по лесу. Рации оставили, подвесив и тщательно замаскировав, в густом ельнике. Во время прочёски немцы обнаружили «Моржа». Хотели взять живьём, но он дрался храбро, отвлёк на себя немцев. «Морж» убит».

58_02.jpg

После этой облавы ребята, которые прятались во время оцепления каждый, где мог, - на дереве, под выворотнем... собрались вместе.

«Командир Николай Шпаков решил опять на время покинуть этот район, - вспоминал позже ветеран советских подразделений глубинной разведки и органов внутренних дел Республики Беларусь, участник боёв за Восточную Пруссию, капитан милиции в отставке Геннадий Юшкевич, который был самым младшим из джековцев. (Всего 16 лет.) - Друг за дружкой мы двинулись на юг. Когда вышли на просеку, по которой обычно ходили к месту наблюдения, шедший первым Мельников вдруг увидел что-то белое. Оказалось, это Юзик. (Иосиф Зварика, - авт.) В одном нательном белье, он был повешен на дереве вниз головой. На шее – табличка с надписью по-немецки: «Так будет с каждым из вас»…

Немцы не разрешили местным жителям хоронить отважного разведчика Иосифа Зварику в назидание сочувствующим Красной Армии (находились и такие, - авт.), но через несколько месяцев одна семья всё же решилась и погребла труп. Место захоронения неизвестно.

Известно только, что из родственников у Иосифа осталась на тот момент в Белоруссии лишь тётя Лидо Францевна Зварика.

Что мы знаем о нём?

(О боевом пути одного разведчика)

58_16.jpg

Об Иосифе Зварике известно немного. Родился в 1915 году в деревне Дзялгино Минской области, окончил четыре класса сельской школы.

Трудился плотником. Во время Великой Отечественной воевал в Красной Армии, а затем в партизанских отрядах на территории Белоруссии. Также входил в состав специальной диверсионно-разведывательной группы Разведуправления штаба Западного и 3-го Белорусского фронтов «Чайка». Именно здесь он и подружился с капитаном Павлом Крылатых, разведчиками Наполеоном Ридевским и Геннадием Юшкевичем, которые в будущем также вошли в состав диверсионно-разведывательной группы «Джек».

Третьего потеряли

(О том, почему группа осталась без нового командира)

После гибели Иосифа Зварики следующая беда пришла к джековцам ночью 28 сентября: в 20 км южнее Тильзита ребята нарвались на засаду эсэсовцев.

Командира Николая Шпакова отрезало от своих кинжальным огнём противника. Разыскивая потом джековцев, он набрёл в лесу на группу советских разведчиков от штаба соседнего 2-го Белорусского фронта. Эта группа тоже несла тяжёлые потери и тоже голодала. Присоединившись к ним, Шпаков сражался вместе с ними, пока его не сразила пуля немецкого штурмовика.

И четвёртого и пятого…

(О немцах-антифашистах)

Во время облавы той же ночью, 28 сентября, в темноте со всего размаха налетел коленом на лесной валун переводчик группы Наполеон Ридевский. Ребята вынесли его в менее опасную зону, оказали помощь и задумались: что делать дальше? Ведь задание превыше всего, и поэтому его решили оставить. Добровольно разделить заведомо нелёгкую судьбу Ридевского вызвался Геннадий Юшкевич.

О том, что происходило на фронте, Ридевский и Юшкевич узнавали с помощью радиостанции.

В середине ноября им повезло: судьба свела с местными антифашистами, супругами Шиллят - Августом и Амалией, а также их сыном Отто, которые жили на хуторе. Вплоть до взятия этих мест частями 39-й армии 3-го Белорусского фронта (22 января 1945 года), они вдвоём скрывались в усадьбе Шиллятов на сеновале, а потому единственные из всей группы «Джек» - выжили.

К слову, в 1973 году, будучи в ГДР, Геннадий Юшкевич случайно встретился с Шиллятами. И в этом же году он тайно сумел провезти их в Калининградскую область, чтобы посмотреть на их бывший хутор.

Новый командир

(Немного о сбежавшем Геринге)

А отважная группа воевала дальше. По заданию командования их путь теперь лежал к Роминтенской пуще, где в охотничьем домике Вильгельма II располагалась ставка Геринга.

Ночью, 1 октября, они оказались у домика и поняли, что командир люфтваффе уже сбежал. Осталась только немногочисленная прислуга, либо отказавшаяся, либо не имевшая возможности эвакуироваться.

Продолжая выполнять боевое задание, разведчики постоянно передавали в Центр информацию. «В районе Ангенбурга (ныне Венгожево) — 26-й армейский корпус. В лесах —танковая дивизия «Герман Геринг», 12 тысяч солдат и офицеров, около 120 танков и 80 самоходных орудий. Командир дивизии — генерал-лейтенант Вильгельм Шмальц…».

В ночь с 11 на 12 ноября группе на подмогу десантировали с «кукурузника» нового командира — лейтенанта Анатолия Моржина под псевдонимом «Гладиатор». Работа ребят продолжилась на территории современного Правдинского района.

Следующая беда пришла 19 ноября: в схватке с патрулём погиб разведчик Иван Овчаров.

Маме от дочери

(Я умерла хорошо)

Осенние холода и голод вынудили «Гладиатора» отбить Центру радиограмму следующего содержания: «Все члены группы — это не люди, а тени. За последние недели они настолько изголодались, промёрзли и продрогли в своей летней экипировке, что у них нет сил держать автоматы. Патронов осталось по 30 штук. Просим сбросить груз, разрешить выход в Польшу. Иначе все погибнем».

Груз им сбросили, на переход в Польшу дали добро.

На переходе к польским товарищам-антифашистам джековцы 14 раз натыкались на засады, но молодость взяла своё — прорвались!

Четырёх наших разведчиков поселили в лесной землянке недалеко от города Мышинец (недалеко от Белостока, - авт.), где они и стали передавать данные о переброске немецких войск.

27 декабря землянку обнаружили эсэсовцы.

21-летнюю радистку Зинаиду Бардышеву («Сойка») сразу ранили в грудь.

Как потом телеграфировала в Центр 30 декабря её подруга, тоже радистка 23-летняя Анна Морозова («Лебедь»): «Она только успела произнести: «Если сможешь, скажи маме, что я сделала всё, что смогла, умерла хорошо». И застрелилась».

Вызвали огонь на себя

А бой продолжался.

21-летний Иван Мельников («Крот») и 22-летний Анатолий Моржин, раненые, истекающие кровью, отвлекая на себя внимание гитлеровцев от прорывавшейся в противоположную сторону радистки Ани Морозовой, пошли на прорыв.

Их обоих убили в этом неравном поединке, однако подробности их гибели и место захоронения неизвестны.

А Ане Морозовой уйти тогда удалось. И она осталась единственной из боевых джековцев.

Великодушно отказалась

30 декабря в составе разведгруппы капитана Черных и Мышинецкого польского партизанского отряда поручика Игнация Седлиха Аня Морозова передислоцировалась на территорию Серпцкого повята.

Однако уже утром 31 декабря разведчиков и партизан, остановившихся на хуторе Нова Весь, что в сорока километрах от Варшавы, обнаружили эсэсовцы.

С группой польских партизан Аня стала прорываться к лесу. И уже у опушки её догнала вражеская разрывная пуля, раздробив запястье левой руки. Бежавшие рядом польские партизаны подхватили девушку и её ношу – рацию «Северок».

Наконец добрались до деревни Дзечево. Местная крестьянка, увидев, что Анюта ранена, предложила ей укрыться в её доме. Однако наша радистка узнала, что у доброй женщины трое детей, поэтому категорически от помощи отказалась. Ведь если бы её обнаружили каратели, вся бы эта польская семья погибла.

И Аня ушла вместе с партизанами к берегу незамерзающей зимой речки Вкра.

Но обессилев, самостоятельно передвигаться уже не смогла (а реку предстояло переплыть). Польские партизаны и работавшие в тот момент в лесу два местных старика-смолокура укрыли её за болотцем в лозняке. На время, пока не стихнет облава.

Однако нашу радистку нашли пущенные по следам партизан собаки. Аня отстреливалась до последнего патрона, а потом подорвала себя и подбежавших к ней эсэсовцев «лимонкой».

С её гибелью закончилась и история разведгруппы «Джек».

Отважная их деятельность в тылу врага, а также ещё десятков наших разведчиков, внесла свой вклад в обеспечение победы советской армии в Восточно-Прусской операции.


Комент