Её дом - библиотека

Директор завода «Янтарь» встретил строго: «Зачем пришли?» но Евгения уже разложила на столе эскизы оформления фойе новой детской библиотеки. И не робела: за её спиной стояла секретарь Балтийского райкома партии по идеологии Володина, а перед этой красавицей таяли мужчины в должностях и повыше!

Юлия ЯГНЕШКО

Вспоминая детство, Евгения Афанасьевна не может сдержать слёз:

«Я родилась в Калужской области. Есть там такой отдалённый райцентр Хвастовичи. Родители мои воспитывали четырёх детей. Я - самая младшая, и когда началась война, мне было три года.

Отца сразу забрали на фронт. А у нас беда: сгорел наш дом.

В октябре 1941 года село заняли фашисты. И почти два года мы жили при жёстком оккупационном режиме.

58_03.jpg

Сначала немцы отобрали у людей весь скот. Потом стали всё остальное собирать, что им было нужно. Мама попыталась в огороде спрятать хотя бы картошку, но нашлись «добрые» люди, донесли.

Знаю, что в нашем районе за помощь партизанам расстреляли жителей двух деревень. Потом сожгли семью председателя колхоза «Трактор»... И, конечно, расправлялись с партийными.

Мой дядя-коммунист воевал. Так его жену однажды вызвали под предлогом, что есть весточка от мужа. Она пошла на эту встречу и пропала. Говорили, что немцы казнили её. А тело сожгли в салотопке. В той самой, где топили сало из наших свиней, чтобы отправлять в Германию».

Спасло письмо с фронта

«Мама каждый день получала наряд на работу, то в колхозе, то на станции - погрузка-разгрузка или подготовка вагонов, - говорит Евгения Афанасьевна. - А меня прятала. Малышей немцы увозили и онемечивали».

Но летом 1943-го дошла очередь и до семьи Соловьёвых (это девичья фамилия Евгении Афанасьевны, - авт.) и для других, кого наметили угнать в Германию.

«Гитлеровцы уже суетились, знали, что наши войска близко. Собрали народ на станции. И тут кто-то крикнул: «Немцы бегут!» И люди бросились врассыпную. Мы тоже. Долго прятались в лесу, где дедушка построил нам землянку».

Папа Евгении с фронта не вернулся. Погиб. А мама заболела и угасла... Неизвестно, что бы случилось с детьми, но тут дед получил письмо от дяди Тихона.

«Дядя был лётчиком, а в письмо вложил анкеты и направления: для меня с сестрой в детский дом, а для братьев - в ремесленное училище. - Евгения Афанасьевна показывает пожелтевший листочек. - Детский дом наш находился в обычной деревенской хате. Но нас накормили, отмыли, одели-обули и стали учить».

После 7-го класса Женя уехала в Калугу, поступила учиться на клубного работника. (Кто-то из ребят сказал, что так можно стать директором кинотеатра!) Но главным для неё тогда была даже не эта сказочная специальность, а полное государственное обеспечение.

Первое место работы, куда 17-летнюю Женю отправили по распределению после окончания учёбы, - Дом культуры городка Пустошка Псковской области.

«Там жили мы с подругой на съёмной квартире, а питались в чайной. Я работала поначалу хормейстером, а потом массовиком-затейником. Меня скоро заметили и позвали на работу в райком комсомола».

Пионерия и комсомол

В 1959 году Евгения приехала в Калининград, к брату.

58.jpg

«Мы с сестрой глаза проглядели, пока поезд приближался к городу. Всё казалось таким удивительным. Эти шпили. Крыши красные... А вышли из вагона — ни крыш, ни окон. Одни развалины! Город ещё долго навевал тоску. В одиночку даже выходить на улицу побаивались.

Брат мой тогда работал на судостроительном заводе. Ему на семью дали комнатку на Вагоностроительной. Туда меня и привёз. Набил мне матрас соломой — живи».

Работать Женя пошла в школу №28 на улице Суворова, пионервожатой. Освоила плакатное перо, завесила пионерскую комнату плакатами и лозунгами, стала проводить беседы и вечера с ребятами. Только продержалась всего четверть: её снова забрали на работу в райком комсомола Балтийского района. На этот раз в школьный отдел.

Теперь она проверяла все школы района, как там работают с детьми. Но и сама не отстранилась: собирала с ними металлолом и участвовала в агитбригадах, которые выступали на предприятиях — СУ-312 , заводах «Стройдормаш» и «Янтарь».

Прыжки в библиотеке

С комсомолом распрощалась в 1962 году, когда вышла замуж. Её муж Валентин Самоцветов работал начальником лаборатории по проверке деталей и сварных швов кораблей на судостроительном заводе.

Вскоре родился сын, и Жене уже стало не до комсомольских инициатив. Зато пригодился диплом библиотечного института, который она закончила заочно - Евгения устроилась заведующей в детскую библиотеку Балтийского района.

И это стало главным делом её жизни.

«Библиотека располагалась на Киевской в обычной квартире на первом этаже. В одной комнате абонемент, в другой — читальный зал. Мест ни под книги ни для детей не хватало. Нам приходилось топить печи. И стала я ходить в горисполком. Канючила, чтобы нам дали другое помещение.

Назначили проверку состояния наших владений. Так мы с девочками накануне протоптали рыхлые полы: как следует попрыгали по ним, чтобы разруха сразу бросалась в глаза. Старались не зря: нас переселили в здание напротив.

Внизу - милиция и прокуратура. А нам дали третий этаж, откуда как раз съезжала музыкальная школа, и неприспособленную мансарду.

Когда же я узнала, что «Янтарь» строит жилой дом на Павлика Морозова, а первый этаж собираются предоставить какой-нибудь организации, снова пошла просить по кабинетам.

Конкуренты у меня нашлись серьёзные - книжный магазин, городская санэпидстанция и другие. Но моя убеждённость победила.

Получив разрешение, чтобы никто не опередил, мы быстро упаковали все книги, газеты и журналы (а это 30 тысяч экземпляров!) и перетащили в квартиру над будущей библиотекой».

Картинки для директора

До новоселья было далеко. Самоцветовой пришлось вместе с архитектором поправлять проект, чтобы разместить два читальных зала — для младших и старших.

«Звонит мне директор областной детской библиотеки Раиса Алексина, муж которой работал секретарём обкома партии: «Женя, прибывают стеллажи. Тебе выделили. Не опоздай».

Тогда прийти в магазин и купить было невозможно. Приходилось всё доставать, использовать связи.

Мебель я закупила, а где хранить? Выручила 28-я школа: они только вселились в новое здание и позволили мне использовать пока ещё пустые свои подвалы».

Оформить вестибюль помогли специалисты художественного фонда. Сделали имитацию витражей с подсветкой. Сюжеты, конечно, в духе времени - юные космонавты, натуралисты, пионеры и т.д.

Работы по дереву, в том числе скульптуру летописца Нестора, выполнил Михаил Волков. А эскизы росписи - художник Владимир Алексеев.

«Нарисовал он и сказку в палехском стиле для самых маленьких, и сюжеты по произведениям Островского и Горького для тех, кто постарше, чтобы воспитывались на примерах мужества и бескорыстия, - вспоминает Евгения Афанасьевна. - Эскизы-то есть, а денег нет. Вот тогда и попросила я помощи у Володиной».

- Женя, причепурись завтра, - перезвонила она. - Пойдём с твоими картинками к директору «Янтаря».

Уговаривать и просить Владимира Георгиевича Гуськова долго не пришлось. Он начинал на заводе с мастера, и предприятие стало для него всем, жизнью. Поэтому почувствовав, что для Самоцветовой её библиотека такое же всё, денег дал.

Открывали новенькую библио-теку 14 июня 1977 года. Гуськов вручил пионерам огромный символический ключ, вложил в руку заведующей настоящие ключи и обернулся к детворе, что собралась со всего района:

- Читайте!

* * *

В этом году Евгения Афанасьевна Самоцветова отметила своё 80-летие. Половину из этих лет она отдала Центральной городской детской библиотеке, а ушла на пенсию с должности замдиректора Калининградской библиотечной системы. Её фамилия занесена в Именную книгу организаторов становления и развития нашей области. Есть у неё и почётные звания - Ветеран труда и Заслуженный работник культуры Российской Федерации.

«Директором кинотеатра я так и не стала», - улыбается Евгения Афанасьевна, вспоминая свою детскую мечту.

Но зато создала библиотеку, оставив там часть своей души.


Комент