Всегда на посту

В последнее воскресенье июля свой профессиональный праздник отмечают военные моряки. И, отдавая честь на параде, вспоминают героические страницы из истории флота. У нас в Калининграде в первую очередь, конечно, Балтийского, дважды Краснознамённого

Юлия ЯГНЕШКО

Доблестный и орденоносный
Балтийский флот начался с Петра Великого, с его победы в устье Невы, когда в мае 1703 года русская гребная флотилия захватила два шведских военных судна.
И это была только первая победа. Потому адмиралы Ушаков и Нахимов, первооткрыватели новых земель Беринг и Беллинсгаузен, композитор Римский-Корсаков, изобретатель радио Попов и автор знаменитого словаря Даль, служившие на этом флоте, всю жизнь гордо называли себя балтийцами.
В годы Великой Отечественной войны флот прикрывал Ленинград, участвовал в обороне Кронштадта. Громил береговые батареи противника и его арсеналы, потопил 1200 немецких кораблей и судов. Три тысячи мин, установленные балтийцами в Финском заливе, стали серьёзной преградой для врага. Совершая набеги на немецкие конвои, балтийцы нарушили снабжение войск противника и сорвали темп наступления. 
А лётчики-балтийцы уже 8 августа 1941-го бомбили Берлин!
За годы войны 173 моряка получили звание Героя Советского Союза. Четверо — дважды. 
И в мирное время кораблям Балтфлота приходится заступать на боевые вахты. Сегодня они защищают суда от пиратов, а в годы холодной войны пытались не допустить превосходства сил НАТО, чтобы мир не переступил опасную черту. 
О том, какой была служба, вспоминают ветераны дивизии надводных кораблей. 

Лучше, чем в Кремле
В октябре 1967 года большой противолодочный корабль «Славный» вдруг получил приказ подготовиться к переходу на рейд Таллина и утром отчалить. На всё про всё давали несколько часов.
Всю ночь на борт загружали продукты, дорогую посуду и ковровые дорожки. Среди экипажа поползли слухи, что наверно будут принимать жену шаха Ирана, которая тогда как раз гостила у эстонцев.
kosygin.jpg
И вот уже на якоре у таллинского берега. Сигнальщики докладывают, что подходит катер. Командир отправился к трапу встречать гостей.
Но вместо страстно ожидаемой моряками шахини на борт поднялись командующий флотом и председатель Совмина СССР Косыгин. Разочарованию не было предела...
«Мне поручили сопровождать премьера и показывать ему корабль, - говорит контр-адмирал в отставке Юрий Юрьевич Аристович. - А самое главное — отвечать на все его вопросы».
Гость поинтересовался оружием, техникой, спросил о жизни экипажа. Покритиковал, что во время хода корабля в кубриках и каютах слишком громкий шум, а также сильно пахнет соляркой. Поручил все эти недостатки устранить в следующих моделях кораблей.
Пришло время обеда и Косыгин пожелал снять пробу на камбузе.
Аристович глянул на командующего. Тот кивком головы дал еле заметное добро и они пошли.
Попробовав борщ, жаркое и селёдку, гость заявил, что будет обедать тут, с матросами. Командиры остолбенели. Как же? Ведь для него специально приготовили какие-то блюда, сервировали стол в кают-компании хрусталём, разложили ковры... А в столовой по походному... Даже вилок ребятам не давали!
Уселся Косыгин за стол минно-торпедной части. Командующий рядом. Принесли гостю первое. В видавшей виды алюминиевой, изрядно погнутой миске. Да ещё «повезло» - с памятной надписью «Витя ДМБ-66»...
Борщ министр съел. Ему — бах!, как заведено в походе, жаркое в ту же посуду. И ложку не меняют. 
Напоследок, конечно, компот. Как старослужащему, министру полагалась треть кружки изюма. Выдали по норме. Но чайной ложки-то нет... Облизал министр свою большую ложку и давай черпать ягоды.
Командующий Михайлин ел, повторяя всё за гостем. Только шея его была странного малинового цвета и иногда он бросал уничтожающие взгляды на Аристовича. Чьё повышение по службе теперь было под больши-и-им вопросом...
Но, покидая корабль, Косыгин в Книге почёта отметил именно вкусный обед: «Не чета кремлёвской диете!»
Командующий был строг, применил все «элементы» воспитания, но всё же вскоре назначил Аристовича командиром «Славного». Не подвели повара!

И замполит благодарил Бога
В начале 1970-х в составе флота было всего лишь три крупных надводных корабля с ракетным вооружением. В том числе эскадренный миноносец «Настойчивый», на котором будущий капитан 2 ранга Шульман был ещё лейтенантом, командиром боевой части. Вот что он вспоминает.
В те времена НАТО ежегодно отрабатывало переброску десанта из США в Норвегию. А «Настойчивый» должен был быть рядом, вести разведку и слежение за их действиями.
Северное море встретило неласково - болтанка, видимость плохая. Но вот показался английский авианосец. Двинулись за ним к Шотландии. 
А он возьми и исчезни!
Командир уже клеймил почти нецензурными словами вахтенную службу, как вдруг сигнальщик доложил, что авианосец обнаружен. Пошли на сближение. Тут семафор: «Командиру от адмирала. Поздравляю. Ваше появление здесь весьма профессионально. Адмирал N, авианосец «Джон Кеннеди».
Ух ты, это оказались уже американцы. 
Нужно ответить. Постарались галантно: «Адмиралу от командира. Ваш корабль достоин имени президента».
Подошли к месту, где сгрудились корабли натовской эскадры. Они отработали высадку и двинулись куда-то к полюсу. «Настойчивый» маневрировал вместе с шестью авианосцами и десятками других транспортов и охранников.
- Товарищ командир, - на мостике неожиданно возник корабельный врач. - У нас матрос Егоров с аппендицитом. Надо удалять.
Ох, как кстати! Корабль постоянно маневрировал, волна захлёстывала надстройки и смотровые окна. Но медик обещал управиться за полчаса. И исчез.
Через три часа объявился:
- Плохо. Наркоз кончается.
Ясно, вместо больного скоро на борту будет покойник...
С других кораблей на помощь звать некого. Связи с центром нет. Что делать? Решил командир Касперович просить подмоги у американцев. Но прежде всё же дал радио в Калининград: «Ввиду отсутствия вас на связи вынуждены обратиться на авианосец «Кеннеди» за медицинской помощью!»
Ответ пришёл незамедлительно: «Запрещаю». Через час приказ — следовать на базу, в Североморск. А больного сдать на советскую плавбазу по пути.
Корабли сошлись, беднягу с едва зашитым животом привязали к носилкам и попытались передать. Но качало с амплитудой метров в десять! Несколько попыток не удались, но потом моряки всё же сумели перебросить носилки. И замполит (!) громко поблагодарил Господа.
После похода стали разбираться кто и как давал телеграммы американцам. За восхваление вражеского президента и попытку уронить престиж страны, взывая о помощи, командиру влепили «строгач». И замполиту тоже — за потерю политической бдительности. 
Но зато матрос Егоров, ценой жизни которого должны были поддержать престиж Родины, отправился домой жив и здоров. 

Урок на «хорошо»
Осенью 1978 года будущий командующий Тихоокеанским флотом, адмирал Гуринов участвовал в учениях, руководил отрядом кораблей «западных», которые должны были прорваться в Балтийское море и разгромить «восточных». На командном пункте «противника»  находился и командующий Балтфлотом вице-адмирал Косов.
В отряд Гуринова входили крейсер «Комсомолец», эсминец «Настойчивый» и большой ракетный корабль «Прозорливый». Они должны были нанести по кораблям «восточных» ракетный удар, развить успех в артиллерийском бою и добить «врага» торпедами.
Но исходное положение сил было не в пользу «западных». И решили схитрить. Отправив ложную цель, свои корабли провели по минимальным глубинам вплотную к побережью и внезапно оказались в расположении сил «врага». И вот уже после упреждающего удара и артиллерийского боя отряд идёт в торпедную атаку.
«Это было великолепное зрелище! - вспоминал Георгий Николаевич Гуринов. - Прекрасное раннее утро. Два огромных корабля на скорости 28 узлов (52 км/час) слаженно маневрируют и стремительно сближаются с противником на дистанцию залпа». 
- Аппараты! Товсь!
И тут крик флагманского минёра бригады:
- Вышла боевая торпеда! Фактически!
На мостике гробовая тишина. У Гуринова одна мысль с надеждой: «Торпеда к выстрелу не готовилась, значит, не пошла!»
- Стоп машины!
Легли в дрейф и доложили командованию о происшествии. Через минуту по радио раздался абсолютно спокойный голос самого командующего:
- Максимальным ходом уйти из района.
А потом вице-адмирал усмехнулся и добавил:
- Посмотрите, куда выгрузили торпеду...
Бросился Гуринов к карте, а там чёрным по белому - «Район свалки взрывоопасных предметов». Целый район!
Но обошлось. Потом выяснили, что торпеда вышла за борт самопроизвольно из-за неисправного стопора и сильного крена. Наказания от командующего не последовало и за учения бригаде поставили «хорошо».
И действительно, минёры тогда получили хороший урок.
С праздником!

Комент